Иногда мультифункциональный объект оказывается на границе нескольких миров — инженерии, искусства и городской среды. Именно так случилось с кинетической инсталляцией «Матрёшка Москвы» в парке «Зарядье» — сложной технологической конструкцией, которая одновременно работает как художественный образ и как инженерная система.
Мы поговорили с Евгением — техническим директором и основателем «Архитекции» — о том, как создаются проекты без аналогов, почему сложные арт-объекты начинаются с чертежей и системного планирования, и как опыт работы с реактором «Атом», «Кибердомом» и крупными технологическими инсталляциями помогает реализовывать идеи, которые сначала кажутся невозможными.
Теперь туристический центр в парке «Зарядье» превратился в мультиформатное пространство, один из центров цифрового искусства. Благодаря уникальной конструкции, которой нет аналогов в мире, объект может полностью трансформироваться за несколько минут.
В качестве одной из многочисленных форм выбрана всемирно известная фигура матрёшки – символа семейности и преемственности поколений.
Уникальная конструкция самой инновационной достопримечательности столицы в парке «Зарядье» сочетает в себе туристический центр, сцену для проведения событий различного формата и мультимедийную выдвижную конструкцию.
— Евгений, ты служил в «Школе драматического искусства» — месте, где форма всегда подчинена смыслу. Насколько «Матрёшка Москвы» в Зарядье для тебя — это инженерный объект, а насколько — театральный перформанс?
— Матрешка — это, скорее, сочетание. Нельзя сказать, что вектор куда-то смещен больше. И даже не театральный перформанс, а скорее из области искусства и его визуализации. Но без общей инженерной задумки этого бы точно не свершилось. При взгляде на театральную постановку и при взгляде на сложный чертеж различных элементов конструкции «Матрёшки Москвы» ощущение возникают примерно одинаковые – это, всё-таки, чудо.
— Твой путь в ивенте начинался с полей — от работы руками до технического директора. Какой главный урок того периода помог тебе не спасовать перед проектом, который не имеет аналогов в мире?
— Мне близко работать в сложных ситуациях и преодолевать их. Тут, получается, амбициозность и стремление реализовать задуманное чего бы это не стоило. С этим наряду идет планирование и системность.
А если говорить о прописных истинах: никогда не врать заказчику и всегда доносить информацию в полном объеме, не надеяться только на свои силы. И этот проект как раз про совместные усилия, в нём участвовало невероятное количество профессиональных команд из группы компаний «Avilex», ну и, конечно, без поддержки Правительства Москвы и непосредственно Департамента транспорта этот фокус бы не удался.
Мы поговорили с Евгением — техническим директором и основателем «Архитекции» — о том, как создаются проекты без аналогов, почему сложные арт-объекты начинаются с чертежей и системного планирования, и как опыт работы с реактором «Атом», «Кибердомом» и крупными технологическими инсталляциями помогает реализовывать идеи, которые сначала кажутся невозможными.
Теперь туристический центр в парке «Зарядье» превратился в мультиформатное пространство, один из центров цифрового искусства. Благодаря уникальной конструкции, которой нет аналогов в мире, объект может полностью трансформироваться за несколько минут.
В качестве одной из многочисленных форм выбрана всемирно известная фигура матрёшки – символа семейности и преемственности поколений.
Уникальная конструкция самой инновационной достопримечательности столицы в парке «Зарядье» сочетает в себе туристический центр, сцену для проведения событий различного формата и мультимедийную выдвижную конструкцию.
— Евгений, ты служил в «Школе драматического искусства» — месте, где форма всегда подчинена смыслу. Насколько «Матрёшка Москвы» в Зарядье для тебя — это инженерный объект, а насколько — театральный перформанс?
— Матрешка — это, скорее, сочетание. Нельзя сказать, что вектор куда-то смещен больше. И даже не театральный перформанс, а скорее из области искусства и его визуализации. Но без общей инженерной задумки этого бы точно не свершилось. При взгляде на театральную постановку и при взгляде на сложный чертеж различных элементов конструкции «Матрёшки Москвы» ощущение возникают примерно одинаковые – это, всё-таки, чудо.
— Твой путь в ивенте начинался с полей — от работы руками до технического директора. Какой главный урок того периода помог тебе не спасовать перед проектом, который не имеет аналогов в мире?
— Мне близко работать в сложных ситуациях и преодолевать их. Тут, получается, амбициозность и стремление реализовать задуманное чего бы это не стоило. С этим наряду идет планирование и системность.
А если говорить о прописных истинах: никогда не врать заказчику и всегда доносить информацию в полном объеме, не надеяться только на свои силы. И этот проект как раз про совместные усилия, в нём участвовало невероятное количество профессиональных команд из группы компаний «Avilex», ну и, конечно, без поддержки Правительства Москвы и непосредственно Департамента транспорта этот фокус бы не удался.
— До «Матрёшки Москвы» был «Атом» — восьмитонный реактор из зеркальной стали. Чему работа с такими масштабами научила тебя перед выходом на открытую площадку Зарядья?
— «Слона едят по частям». Нельзя сказать, что до «Атома» мы были ограничены какими-то ресурсами планирования, опытом производства и монтажа. Команда была готова к проектам-вызовам. Работа с павильоном нас лишь улучшила: были возможности работы и обучения у специалистов из производственной системы «Росатом», мы повысили производственные мощности в части работы металлоемкостью объекта и тд. И опираясь на опыт нам было интересно реализовать такую амбициозную задачу.
— «Матрёшка Москвы» — объект всепогодный. Что стало самым большим технологическим вызовом: перепады московских температур, кинетика или необходимость сделать сложную электронику устойчивой к климатическим изменениям?
— «Матрёшка Москвы» – это одна сплошная ситуация. Каждый шаг, каждый узел — всё было сложностью и вызовом. Когда это делается в первый раз, это опыт и исследования процесса. И мы вместе с инженерами из компании «Avilex» исследовали: как разместить кабель в конструкции так, чтобы он выдержал миллионные циклы сгибания в тяжелых климатических условиях, коллеги разрабатывали отдельные технические условия на производство кабельной продукции. Всей командой придумывали как создать в шахте (а кинетический модуль поднимается на лифте) технические инженерные конструкции, которые позволят обслуживать все узлы в круглогодичном режиме. Разрабатывали с нашими коллегами систему управления и синхронизации чтобы контролировать все движения, показания и возможные отклонения.
Отдельный технологический вызов и совместная разработка — это масштабный прототип, на котором проводились все исследования. Все элементы и комплектующие проходили механические и температурные испытания на тестовых стендах и климатических установках на нашем производстве и только потом запускалось в производство.
«Матрёшка Москвы» не создалась бы без инженерных разработок, должного опыта всех участников процесса проектирования, разработки и строительства. Технологический вызов был брошен сотням людей, и все с ним справились.
— «Слона едят по частям». Нельзя сказать, что до «Атома» мы были ограничены какими-то ресурсами планирования, опытом производства и монтажа. Команда была готова к проектам-вызовам. Работа с павильоном нас лишь улучшила: были возможности работы и обучения у специалистов из производственной системы «Росатом», мы повысили производственные мощности в части работы металлоемкостью объекта и тд. И опираясь на опыт нам было интересно реализовать такую амбициозную задачу.
— «Матрёшка Москвы» — объект всепогодный. Что стало самым большим технологическим вызовом: перепады московских температур, кинетика или необходимость сделать сложную электронику устойчивой к климатическим изменениям?
— «Матрёшка Москвы» – это одна сплошная ситуация. Каждый шаг, каждый узел — всё было сложностью и вызовом. Когда это делается в первый раз, это опыт и исследования процесса. И мы вместе с инженерами из компании «Avilex» исследовали: как разместить кабель в конструкции так, чтобы он выдержал миллионные циклы сгибания в тяжелых климатических условиях, коллеги разрабатывали отдельные технические условия на производство кабельной продукции. Всей командой придумывали как создать в шахте (а кинетический модуль поднимается на лифте) технические инженерные конструкции, которые позволят обслуживать все узлы в круглогодичном режиме. Разрабатывали с нашими коллегами систему управления и синхронизации чтобы контролировать все движения, показания и возможные отклонения.
Отдельный технологический вызов и совместная разработка — это масштабный прототип, на котором проводились все исследования. Все элементы и комплектующие проходили механические и температурные испытания на тестовых стендах и климатических установках на нашем производстве и только потом запускалось в производство.
«Матрёшка Москвы» не создалась бы без инженерных разработок, должного опыта всех участников процесса проектирования, разработки и строительства. Технологический вызов был брошен сотням людей, и все с ним справились.
— В «Пульсаре» для Тавриды вы использовали данные обсерватории для генеративной анимации. Какая скрытая интеллектуальная составляющая заложена в «Матрёшку Москвы», которую зритель может не заметить с первого взгляда?
— Когда появляется идея создания многофункционального мультимедийно-познавательного объекта вблизи главной площади страны – необходимо не только визуально продумать и вписать его в окружающую историческую архитектуру, но и обратиться к истории проектирования и инженерии, в целом. И, изучив работы Владимира Шухова мы поняли, насколько сильно повлияли на градостроительный пейзаж столицы его разработки. Даже в башнях Москва-Сити прослеживаются его элементы сетчатых матч.
Мы изучали его расчеты и чертежи по фермовым конструкциям, многое подчерпнули из уже проделанных исследований и смогли на них опереться при проектировании металлических каркасов и «колец» — главных элементов кинетического модуля.
Но зритель не сможет этого четко осознать, так как нашей целью при первом визуальном касании с контентом было «создание сказки, погружение зрителя в процесс познания нового, визуального опыта». А инженерный исторический мостик останется для нас.
— Кинетический объект в центре столицы — это огромная ответственность. Как ты выстраивал производственные процессы внутри «Архитекции», чтобы обеспечить бесперебойность производственного процесса такого объекта?
— Чтобы построить что-то с повторяющимися элементами в конструкции – ты должен понимать сколько времени у тебя занимается чуть ли не каждый шаг, сколько времени займет перемещение детали по производственному процессу, какие специалисты её примут в работу и даже как разместят свой инструмент в зоне проведения работ. К таким многоступенчатым процессам мы пришли не сразу. Тут будет отзываться опыт работы с ПСР «Росатом», которые в рамках обучения буквально устраивали нам интерактив, «превращая в деталь» и создавали все условия перемещения. Так мы выявляли лишние шаги или наоборот недостающие. В процессе производства «Матрёшки Москвы» это пригодилось.
Сроки у проекта были сжатыми, поэтому каждая минуты была на счету. Необходимо было все процессы рассчитать, все этапы внутри производства логически выстроить друг за другом и описать команде эту логику. Мы строго регламентировали производственные процессы: знали сколько занимает сварка, покраска, протяжка кабеля и работа с электроникой. Без контроля процессов мы бы не просто выбились из графика, а рисковали бы потерять репутацию.
Не понадобилось много времени чтобы вникнуть, все команды-участницы работали как один организм: с момента проектирования и прототипирования до монтажа финального элемента конструкции и проведения тестов.
— Когда появляется идея создания многофункционального мультимедийно-познавательного объекта вблизи главной площади страны – необходимо не только визуально продумать и вписать его в окружающую историческую архитектуру, но и обратиться к истории проектирования и инженерии, в целом. И, изучив работы Владимира Шухова мы поняли, насколько сильно повлияли на градостроительный пейзаж столицы его разработки. Даже в башнях Москва-Сити прослеживаются его элементы сетчатых матч.
Мы изучали его расчеты и чертежи по фермовым конструкциям, многое подчерпнули из уже проделанных исследований и смогли на них опереться при проектировании металлических каркасов и «колец» — главных элементов кинетического модуля.
Но зритель не сможет этого четко осознать, так как нашей целью при первом визуальном касании с контентом было «создание сказки, погружение зрителя в процесс познания нового, визуального опыта». А инженерный исторический мостик останется для нас.
— Кинетический объект в центре столицы — это огромная ответственность. Как ты выстраивал производственные процессы внутри «Архитекции», чтобы обеспечить бесперебойность производственного процесса такого объекта?
— Чтобы построить что-то с повторяющимися элементами в конструкции – ты должен понимать сколько времени у тебя занимается чуть ли не каждый шаг, сколько времени займет перемещение детали по производственному процессу, какие специалисты её примут в работу и даже как разместят свой инструмент в зоне проведения работ. К таким многоступенчатым процессам мы пришли не сразу. Тут будет отзываться опыт работы с ПСР «Росатом», которые в рамках обучения буквально устраивали нам интерактив, «превращая в деталь» и создавали все условия перемещения. Так мы выявляли лишние шаги или наоборот недостающие. В процессе производства «Матрёшки Москвы» это пригодилось.
Сроки у проекта были сжатыми, поэтому каждая минуты была на счету. Необходимо было все процессы рассчитать, все этапы внутри производства логически выстроить друг за другом и описать команде эту логику. Мы строго регламентировали производственные процессы: знали сколько занимает сварка, покраска, протяжка кабеля и работа с электроникой. Без контроля процессов мы бы не просто выбились из графика, а рисковали бы потерять репутацию.
Не понадобилось много времени чтобы вникнуть, все команды-участницы работали как один организм: с момента проектирования и прототипирования до монтажа финального элемента конструкции и проведения тестов.
— Как твой опыт в создании «Киберполигона» для «Кибердома» (проекта, получившего Гран-при Best Office Awards) повлиял на подход к качеству исполнения «Матрёшки Москвы»? Есть параллели или у проекты нет ничего общего?
— Опыт из Кибердома научил правильному подходу к работе с электроникой: взаимодействию с контроллерами, созданию этих контроллеров, программированию, коммутации и другим важным вещам. В «Матрёшке Москвы» все эти процессы умножились на 100 или даже на 1000 по сложности. И мы понимали как этот процесс преодолеть.
Также мы понимали какое количество специалистов (и какого уровня, что немаловажно) нам потребуется для работы с подключениями, прошивкой, управлением и работой над электроникой, в целом. Это сложный многоступенчатый процесс, который сейчас, в процессе эксплуатации, контролируется несколькими инженерами-электриками и механиками команд-участниц.
— Если бы ты участвовал в проектировании этого объекта в 2014 году, когда только основал первую компанию, в чем была бы принципиальная разница в подходе?
— Он бы не был спроектирован в таком формате, в котором он есть сейчас. Весь технический опыт реализованных проектов, все контакты и коммуникации сложились как в одно уравнение и дали такой результат. Без наработанного опыта не было бы ничего подобного.
— Нет такого, что мы берем и шаблонно выполняем процессы: знаем как работать с разными материалами и как их правильно подобрать, как рассчитать прочностные нагрузки, провести тесты, организовать команду многоуровнево: от производства до монтажа.
С момента основания «Архитекции» прошло много времени и каждый год, каждый проект помогал нам нарастить опыт, который помогает идти дальше в еще более амбициозные проекты. Это может выглядеть шаблонно, но на практике всегда тверже стоять на железных кейсах, чем на фантазиях о них.
— После того как был реализован проект в самом сердце Москвы, какой следующий профессиональный «пик» ты наметил для себя и для «Архитекции»?
— Тут можно сказать, что такой вид деятельности как наш не похож на спорт: в нем нет дисциплин, 10-ти бальной шкалы оценки результата и прочее. Также нет и пика, в который можно метить. Завтра можно делать креативную инсталляцию, а послезавтра полететь в космос, всё возможно. Мы просто любим свою работу и делаем её хорошо.
____
За любым визуальным чудом стоит огромная инженерная работа: расчёты, тесты, производственные процессы и команды специалистов, которые превращают идею в реальность. Но, как показывает опыт Евгения, именно на стыке технологий, искусства и амбиций рождаются проекты, которые меняют городской ландшафт и расширяют представление о том, каким может быть современный арт-объект.
И, похоже, для таких проектов не существует финальной вершины — есть только следующий вызов. Благодарим Евгения за очень интересное и глубокое интервью!
— Опыт из Кибердома научил правильному подходу к работе с электроникой: взаимодействию с контроллерами, созданию этих контроллеров, программированию, коммутации и другим важным вещам. В «Матрёшке Москвы» все эти процессы умножились на 100 или даже на 1000 по сложности. И мы понимали как этот процесс преодолеть.
Также мы понимали какое количество специалистов (и какого уровня, что немаловажно) нам потребуется для работы с подключениями, прошивкой, управлением и работой над электроникой, в целом. Это сложный многоступенчатый процесс, который сейчас, в процессе эксплуатации, контролируется несколькими инженерами-электриками и механиками команд-участниц.
— Если бы ты участвовал в проектировании этого объекта в 2014 году, когда только основал первую компанию, в чем была бы принципиальная разница в подходе?
— Он бы не был спроектирован в таком формате, в котором он есть сейчас. Весь технический опыт реализованных проектов, все контакты и коммуникации сложились как в одно уравнение и дали такой результат. Без наработанного опыта не было бы ничего подобного.
— Нет такого, что мы берем и шаблонно выполняем процессы: знаем как работать с разными материалами и как их правильно подобрать, как рассчитать прочностные нагрузки, провести тесты, организовать команду многоуровнево: от производства до монтажа.
С момента основания «Архитекции» прошло много времени и каждый год, каждый проект помогал нам нарастить опыт, который помогает идти дальше в еще более амбициозные проекты. Это может выглядеть шаблонно, но на практике всегда тверже стоять на железных кейсах, чем на фантазиях о них.
— После того как был реализован проект в самом сердце Москвы, какой следующий профессиональный «пик» ты наметил для себя и для «Архитекции»?
— Тут можно сказать, что такой вид деятельности как наш не похож на спорт: в нем нет дисциплин, 10-ти бальной шкалы оценки результата и прочее. Также нет и пика, в который можно метить. Завтра можно делать креативную инсталляцию, а послезавтра полететь в космос, всё возможно. Мы просто любим свою работу и делаем её хорошо.
____
За любым визуальным чудом стоит огромная инженерная работа: расчёты, тесты, производственные процессы и команды специалистов, которые превращают идею в реальность. Но, как показывает опыт Евгения, именно на стыке технологий, искусства и амбиций рождаются проекты, которые меняют городской ландшафт и расширяют представление о том, каким может быть современный арт-объект.
И, похоже, для таких проектов не существует финальной вершины — есть только следующий вызов. Благодарим Евгения за очень интересное и глубокое интервью!