25 лет в ивентах и три мюзикла: почему ивентор ушел в театр и что из этого вышло

Можно ли перенести методы коммерческого ивента на театральную сцену? Михаил 25 лет организует корпоративные, деловые и игровые события. Два с половиной года назад он решил реализовать давнюю цель — выпустить собственную постановку — и теперь продюсирует мюзиклы.

За это время он прошел путь от сокрушительного технического провала на премьере культовой рок-оперы «Последнее Испытание» до шести номинаций на премию «Музыкальное сердце театра» со спектаклем «Идиот».

В интервью Михаил рассказал, почему театральный цех отказывается жить по правилам ивентов, как отличить костюм от реквизита, чему ивенторам стоит поучиться у профессиональных театральных режиссёров и почему показ «Идиота» 10 сентября стал для команды делом чести.

— Михаил, ты 25 лет работаешь в ивентах, а два года назад решил заняться мюзиклами. Что тебя подтолкнуло к этому переходу? Как теперь совмещаешь две такие похожие и одновременно разные сферы?

— Я всегда любил музыкальный театр. Советские сказки-мюзиклы, фильмы-мюзиклы, потом – «Юнона и Авось» в Ленкоме и «Иисус Христос Суперзвезда» в театре Моссовета. С начала нулевых годов в России стали ставить по лицензии топовые зарубежные мюзиклы, а параллельно создавать свои, отечественные. В общем, я на всё это ходил, смотрел, слушал, дарил цветы любимым актрисам, а в голове подспудно сидела мысль: а как бы поставить свой музыкальный спектакль.

Разумеется, какие-то элементы как драматического театра, так и мюзикла мы брали в свои ивенты. Но душа-то мечтала именно о своём профессиональном спектакле.

Понимаете, ивент – штука в основном одноразовая. Месяцы работы, сутки монтажа площадки – и вот, за несколько часов мероприятие прошло. Всю придуманную и созданную нами красоту увидело несколько десятков или сотен человек. А у нас в лучшем случае остался отчётный ролик, который, как правило, никому не покажешь из-за NDA.

Иногда думаешь после ивента: «Эх, а вот если бы мы сделали не так, а вот так, было бы ещё круче, ещё эффективнее!» Театр же манил меня в частности тем, что любой человек может купить билет или трансляцию спектакля, а мы, ориентируясь на обратную связь от наших зрителей, можем немного менять спектакль от показа к показу, добиваясь идеального конечного результата. Поэтому 2,5 года назад я решил: ну сколько же можно откладывать свою мечту? И решил, что до 45-летия точно выпущу свой мюзикл. У меня было полгода.

Рок-опера «Последнее испытание»

— За это время ты выпустил три спектакля. Давай начнём с «Идиота»: что это за проект и почему ты продолжаешь его развивать?

— Началось всё не с «Идиота». Я знал, что освободились права на рок-оперу «Последнее Испытание» российских авторов Антона Круглова и Елены Ханпиры. Это вещь очень культовая, имеющая армию поклонников, получившая за 10 лет существования 6 различных сценических воплощений. Я очень люблю эту историю, и мне казалось, что я знаю идеальный рецепт, как сделать так, чтобы мою любовь разделило как можно больше людей. Я встретился с авторами, каким-то чудом получил права – и позвал разрабатывать и ставить спектакль своего старого товарища, режиссёра Василия Заржецкого, лауреата множества театральных премий и номинанта на самую престижную из них – «Золотую Маску».

Мы собрали каст мечты из лучших и самых популярных артистов, переработали оригинальное либретто, набрали прекрасную команду, в основе которой были мои постоянные подрядчики в сфере ивента.

И вот, 20 сентября 2024 года мы сыграли премьерный спектакль.

1000 зрителей в зале. 28 актёров и 15 музыкантов на сцене. Несколько десятков костюмов, 4 экрана, сложная декорация и, как «вишенка на торте», две гигантские луны на радиоуправлении. Я ждал триумфа. А это был невероятный, феерический провал.

Фанаты «Последнего Испытания» не приняли изменения в либретто (включая даже новый музыкальный номер, написанный авторами по нашему заказу). А для нового зрителя история по-прежнему была сложной и малопонятной. Но самое главное – «ивенторская» команда пультовой не справилась с созданием партитуры и ведением трёхчасового спектакля. Свет жил отдельно от сценического действия. Звук был сухой, глухой, тихий, громкий – словом, какой угодно, но не тот, который устроил бы нас и публику. Ну а гигантские луны забивали радиочастоты, поэтому микрофоны фонили и отключались.

После этого можно было бы сказать «ну, не получилось» и забить. Однако мы отыграли весь премьерный блок, а к зимнему блоку показов пересобрали спектакль – от сценарных правок в 24 сценах и переработки ряда костюмов – до полной смены большей части команды проекта. Январский блок показов собрал преимущественно положительные отзывы. У нас стали появляться наши первые фанаты. И мы с Василием задумались о том, чтобы поставить в новом сезоне ещё один спектакль.

Выбор пал на мюзикл по роману Достоевского «Идиот». Василий Заржецкий загорелся идеей создания музыкального спектакля по этому материалу ещё 10 лет назад. Он создал сценарный план, вдохновил композитора Сергея Рубальского и либреттиста Евгения Фридмана на совместную работу. В 2017 году в Петербурге была поставлена концертная версия этого мюзикла, которая с успехом шла несколько лет, но закрылась из-за ряда причин. Я решился дать этому великолепному материалу полноценную театральную премьеру в Москве.

Рок-опера «Последнее испытание»

— Ближайший показ «Идиота» состоится 10 сентября. Что для тебя как продюсера сейчас главное в этом спектакле?

— «Идиот» действительно получился. Нам удалось собрать замечательный состав артистов, художница Злата Цирценс создала замечательные костюмы. Музыка Рубальского и текст – как стихов Фридмана, так и диалогов самого Достоевского – замечательные. У спектакля вообще нет плохих отзывов. На Яндекс Афише у нас рейтинг 9,7. Нас заметили и зрители, и профессиональное сообщество. На Фестивале мюзикла «Х» исполнители ролей Мышкина и Настасьи – Ярослав Баярунас и Елена Минина – были признаны любимыми актёрами по версии зрителей, а Ярослав – ещё и лучшим актёром по версии профессионального жюри. Ярослав и сам спектакль номинированы на «зрительскую» премию «Звезда Театрала». А жюри профессиональной премии «Музыкальное сердце театра» номинировало «Идиота» аж в 6 номинациях. В том числе – совершенно неожиданно для меня – я номинирован как продюсер наравне с такими гигантами как продюсеры «Вальса-бостона» и руководитель Театра музыкальной комедии в Петербурге.

Поэтому моя задача сделать так, чтобы спектакль жил и продолжал доносить до зрителей нарратив Достоевского.

Но главным мотиватором упереться и тащить этот проект дальше, стала внезапная гибель моего близкого товарища, автора и постановщика спектакля, Василия Заржецкого. Этим летом он скончался от инсульта в 44 года. Ближайший показ 10 сентября мы посвящаем его памяти. Сделать так, чтобы любимый и один из лучших спектаклей Василия жил дальше – дело профессиональной чести, дружеский и человеческий долг.

Мюзикл «Идиот»

— Что оказалось самым неожиданным, когда ты впервые погрузился в театральное производство?

— То, что в театральной практике нет одного главного на проекте. Помреж, техдир, завпост, исполнительный продюсер отвечают за свои блоки задач, а вот единого чиф-проджект менеджера не предусмотрено. И если разные «головы» проекта не поговорят друг с другом – что-то просто не случится или случится, но не так. Мне очень повезло: пусть не сразу, но удалось найти помрежа, которая по сути взяла на себя функцию менеджера проекта. Но при этом постоянно мне все говорили, что в театре так не принято.

Ещё, например, очень бесило разделение на «костюм» и «реквизит». Например, если на героине надето ожерелье – это костюм, и за него отвечает костюмер. А если ей дарят это ожерелье – то реквизит, и за него отвечает реквизитор. Плащ волшебника – костюм, и это логично. А посох, с которым он ходит весь спектакль – реквизит. В конце концов я с этим смирился, но сначала было трудно, и я периодически дёргал не того ответственного по вопросам покупки, починки, транспортировки того или иного элемента образа героя.

— Ты говорил, что за эти два года набил «все шишки, какие возможно». Какая из них оказалась самой полезной?

— Как я уже рассказал, премьера нашего «Последнего Испытания» прошла со всеми возможными косяками. К сожалению, как выяснилось, специалисты и команды, супер-опытные и компетентные в сфере ивента, вытаскивавшие самые сложные проекты, не всегда могут разобраться в нюансах большой музыкальной театральной постановки. Да, я сам тоже, и в первую очередь. Премьеры превращались для меня в персональный ад, и мной лично совершались все возможные ошибки – менеджерские, продюсерские, коммуникационные… Я перенёс из ивента отношение к зрителям как к гостям мероприятия, и долгое время лично отвечал практически на все комментарии, стремясь отработать все возражения и не слушая людей из моей театральной команды, которые говорили мне, что в театре так не принято.

— Какие принципы из театрального производства ты теперь переносишь обратно в ивенты?

— Наблюдая за работой режиссёров – а кроме Василия Заржецкого мы работали с режиссёром Los Angeles Opera Софьей Стрейзанд – я точно понял, что вот совершенно не зря режиссуру изучают 5 лет. Да, я много лет работаю как режиссёр бизнес-мероприятий и игровых ивентов, ставлю иммерсивные спектакли и сложнейшие игры-реалити. Но там, где мы с командой изобретаем очередной горящий велосипед, - профессиональный режиссёр просто расчехляет свой инструментарий и достаёт оттуда наиболее подходящие задаче приёмы и решения.

Пару лет назад на форуме Sold Out у нас был баттл с ивент-режиссёром Вахтангом Вахтангишвили. Он отстаивал позицию, что режиссёр – главный на проекте, я – что менеджер. По решению аудитории, баттл завершился вничью.

Но вот сейчас, спустя два года работы над театральными постановками, я готов признать поражение в том баттле. Режиссёр – действительно главный.

Продюсер/менеджер может только задавать бюджетные рамки и саппортить постановщику в его работе. Я никогда бы не решился поставить спектакль – для этого нужна школа, опыт и владение широким спектром приёмов. Этому нельзя научиться, просто подсматривая за чужой работой.

— Что, наоборот, из 25-летнего опыта в ивентах оказалось полезным тебе в театре?

— На самом деле, театральная работа пошла нормально и в нужном русле ровно тогда, когда я отбросил свою уверенность «я 25 лет организую мероприятия» и вслед за классиком принял точку зрения «я знаю только то, что ничего не знаю».

— Если бы тебе предстояло поставить большой ивент, что бы ты сделал иначе после опыта с мюзиклами?

— Я очень хочу поработать над большим ивентом именно с театральным режиссёром. Мне кажется, что это будет супер-эффективная синергия.

Ну а ряд актёров, костюмера, реквизитора и других прекрасных людей, с которыми меня свёл театр, я уже не раз приглашал работать на наших мероприятиях.

Мюзикл «Идиот»

___

Опыт в театре изменил взгляд Михаила на работу над событиями. Теперь он иначе смотрит на роль режиссёра и хочет проверить это на практике, поработав над большим ивентом вместе с театральным постановщиком.

А театральные специалисты уже постепенно появляются в его ивент-проектах. Похоже, два года в новой сфере дали Михаилу несколько инструментов и связей, которые он теперь забирает обратно в события. Желаем Михаилу удачи и ждём премьер!

Посмотреть мюзикл по роману Достоевского "Идиот", спродюсированный Михаилом Климановым, можно 10 сентября в КЦ "Москвич". Подробная информация о постановке и билеты на сайте